Латина - удивительный, очень
далекий и непостижимый для нас мир,
жизнь, разбросанная на двух
материках. Ландшафты, памятники,
люди - все потрясает наше
воображение: Анды и Амазонка, храмы
инков и ацтеков, древние индейцы,
смешавшиеся с африканцами,
азиатами, народами всех
континентов. Писателями Европы и
Нового Света талантливо
обрисована вся Латина: ее красоты,
исторические перелетай, людские
образы и портреты. Теперь, когда мы
устали от книг и живем в
шизофреническом мире компьютеров,
хорошо бы съездить и самим
посмотреть на Латину. Начать нужно
с Бразилии. Бразилия занимает как
раз половину Южной Америки. Она
также велика как Китай, Австралия,
Америка, Канада. Бразильское
плоскогорье и Амазонская
низменность - два особенных и
громаднейших типа ландшафтов
почти полностью умещаются в
Бразилию. Великая страна
опускается на юге в Ла-Планскую
низменность, подходит на западе к
Андам и упирается на севере в
Гвианское плоскогорье; на востоке
выходит вместе с Амазонкой к
необъятным границам океана. В
Бразилии находятся или граничат с
ней уникальнейшие памятники
природы континента: крупнейший в
мире водопад Игуасу, засасывающая
впадина Пантанал и Рорайма - часть
Гран Сабаны, воспетой Конан Дойлем.
Заселенная по пойме реки Амазония
в глубинах джунглей хранит тайны
первобытной природы и
первобытного человека.
...Одной из многограннейших
личностей, дипломатом в лучшем
смысле слова, а также выдающимся
исследователем Латинской Америки
был Григорий Иванович Лангсдорф
(1774-1852 г.г.), маршрутами которого
отчасти проходила наша экспедиция.
Григорий Иванович (Георг
Генрихович) родился в Германии и
выучился в Гетингейском
университете. В качестве лейб-медика
принца Пфальцского он уехал в
Португалию, где выучил
португальский язык. В 1803 году
Лангсдорф завербовался на корабль
первого русского кругосветного
плавания. Надо сказать, первая
кругосветка под командованием И.Ф.Крузенштерна
и Ю.Ф.Лисянского открывала эпоху
российских кругосветных плаваний
по изучению мирового океана. За
первую половину XIX века россиянами
было совершено 36 кругосветных
плаваний, и первая экспедиция
выдвинула много исследователей, в
числе которых был и Г.И.Лангсдорф.
После кругосветного плавания
Григорий Иванович остается в
России, а написанные работы делают
ему авторитет ученого. С 1813-1818 года
Лангсдорф - дипломат и российский
генеральный консул в Рио-де-Жанейро.
Совмещая службу с изучением страны,
он много работал в музее и
библиотеке в Рио-де-Жанейро,
отсылал в Петербургскую академию
наук коллекции и материалы о
бразильских индейцах. Купив
поместье в Мандиоке, недалеко от
бразильской столицы, Лангсдорф
сделал его ученым центром страны,
куда наведывались многие
европейские и бразильские ученые.
Дом ученого в Рио-де-Жанейро, а
также Мандиоке были заметные
культурные центры Бразилии того
времени, где встречались столичная
интеллигенция, местные деятели
искусств, русские мореплаватели.
Вернувшись на родину, и выйдя на
пенсию, граф Лангсдорф организовал
экспедицию в джунгли реки Амазонки,
которую финансировал царь
Александр I. Экспедиция
проводилась в несколько этапов с
1821 по 1829 годы. Судьба экспедиции
завершилась трагически, несмотря
на успешное прохождение всех
маршрутов. Участники экспедиции -
известные ученые были разбросаны
по свету и не смогли объединить
усилия, чтобы обобщить итоги
проделанной работы; архив
экспедиции был затерян в 30-х годах
XIX века вскоре после его доставки в
Петербург. Сам Лангсдорф заболел,
чему способствовали интриги двора
и, лишенный возможности вернуться
к научной работе, он поселился в
Германии, во Франкфурте, где и умер
в 1859 году. Деятельность Лангсдорфа
и его спутников не была оценена
современниками. В настоящее время
имя Лангсдорфа символизирует
начало российско-бразилийских
отношений, а маршруты его
экспедиций вывешены в наших
посольствах. О Лангсдорфе
вспоминают как об исследователе в
университетах Сан-Пауло, Рио-де-Жанейро,
Манауса.
Второй выдающийся исследователь
Бразилии был тоже русский посол. А.Ионне
изучал природу, обычаи, нравы людей
и экономику бразильского
государства. По возвращении в
Россию он написал трехтомник «По
южной Америке», познакомивший
россиян с далёким краем. Немногие
исследователи, моряки,
путешественники на протяжении XIX
века также рассказывали россиянам
о Бразилии. Часть из них осели на
далеком материке, растворившись в
многоликом его населении.
...Настоящая эмиграция русских в
Латинскую Америку пошла потоком в
начале нашего мятежного века.
Сегодня в каждой
латиноамериканской стране
проживают десятки и сотни тысяч
наших соотечественников. Первая
волна россиян прибыла в Америку
после революции 1905-1907 годов.
Политические эмигранты, а вскоре
семьи староверов, прибывшие в Сан-Пауло,
получили земельные участки далеко
за городом, образовав городок
Новая Одесса. Многим не
понравилась глубинка, они стали
искать удачу в Сан-Пауло и других
городах. В 20-х годах «белая
эмиграция» сильно увеличила
русские общины в Сан-Пауло и Рио-де-Жанейро.
Не нашедшие работу, поехали вслед
за староверами в далекие провинции,
и даже в Амазонию. Европейские
кризисы и в тридцатых годах
побудили «белую эмиграцию», не
нашедшую себе применения в Европе,
искать своей доли в Бразилии. В
Бразилии в эти же годы были
построены русские православные
церкви. В крупнейших городах
организовались большие русские
колонии.
После второй мировой войны из
Европы и Китая (Харбин Кульджа)
прибыло в Бразилию около сорока
тысяч эмигрантов, но для многих
страна оказалась перевалочным
пунктом для переселения в США,
Канаду, Австралию. Русская
эмиграция в Бразилии в пятидесятых
годах превышала стотысячный рубеж.
К восьмидесятым годам она
значительно сократилась - до
десяти тысяч человек. Сейчас,
несмотря на то, что Бразилия не
принимает эмигрантов, все равно
увеличивается приток
русскоговорящего люда, правдой и
неправдой устраивающих свою
судьбу на чужбине. В Сан-Пауло, где
самая большая русская община,
сегодня действуют три русских
православных церкви, два культурно-благотворительных
общества «Надежда» и «Родина»,
несколько домов для престарелых,
которые содержатся толстовским
фондом, а также за счет местной
русской общественности. В Бразилии,
как и во всей Латинской Америке,
стали общенациональными многие
русские имена, блюда русской кухни;
многие улицы в городах названы
именами выдающихся русских
писателей, композиторов,
художников. Из эмигрантов
выдвинулись своими заслугами
многие инженеры, ученые, художники,
театральные деятели, поэты.
Например, художник П. Лукьянов,
ученик Айвазовского, расписал
иконы святых в главном
католическом соборе в Сан-Пауло.
Известен в стране стал А.Постоев -
директор астрономической
обсерватории. Именем Е.Кузнецова
назван один из драматических
театров в Сан-Пауло. Пользовались
известностью два русских
симфонических оркестра и русский
хор «Мелодия», а известная русская
балерина Мария Оленева создала
первую школу классического балета.
Сегодня многонациональная
латиноамериканская жизнь отчасти
несет печать русской культуры. В
Бразилии также есть городок
Прудентополь, где говорят только
на украинском языке, и только
поэтому в соседнем городе Куритиба
расположилось украинское
посольство.
Отгороженные от мира, мы не знали,
как много наших соотечественников
проживает за рубежом, как много
людей в далеких от нас странах
говорят по-русски. Эмиграция,
которую от нас прятали, составляла
до перестройки около двух
миллионов человек и она была
разбросана по всему свету. Мы
отгорожены от мира и сейчас, хотя
нам создали иллюзию открытости.
Конечно, теперь мы можем «увидеть
Париж и умереть», но не более того.
Проклятые визы, а более всего
нищета, сделали путешествия
невозможными не только по
заграницам, но и по всей необъятной
Родине. Но, вырвавшись за границу,
мы непременно натыкаемся на
русскую речь. Эмигрантов последней
волны, т.е. последнего десятилетия,
когда страну не только разворовали,
но и разогнали – не исчисленное
множество. Ныне в Израиль
эмигрировали более миллиона
человек, в Германию наших прибыло 4
млн., в Америку еще больше. Это уже
десять миллионов. Во всей Европе,
кроме Германии, наберется, пожалуй,
еще несколько миллионов; очень
много подалось в Канаду, Австралию
и даже в ЮАР. В Африке, Азии, Латине
не так мало русско-говорящих, как
предполагают. Кроме тех, кто
временно уехал на заработки или
официально служит, эмигранты из
бывшего СССР есть во всех странах
мира. Все республики развалившейся
нашей Родины пустили по миру свои
народы. Вся эта неутешительная
статистика мало удобна для
патриотических поз нынешних
политиков, и, пожалуй, поэтому об
эмиграции не пишут правды. Об
эмигрантах прошлых и нынешних
нужно написать тома, чтобы хоть
немного обозначить
действительность.
...Рио-де-Жанейро!
Далекая мечта Остапа Бендера,
далекая и наша мечта! И правда,
удивительный город: горы в городе,
бухта с яхтами, тропическое солнце
и прибрежные острова в океане,
огромное озеро в городе тоже с
яхтами; венчает бухту и весь город
скалистая голова, поражающая
размерами. В мире нет другого
города, так удачно вписавшегося в
океан, в гранитные громады, в
буйные тропические леса. Городом
можно любоваться с любого холма, но
лучше всего подняться на довлеющую
вершину, к знаменитому памятнику
Христу: оттуда панорама наиболее
охватывающая. Рио одинаково
прекрасен и днем и ночью, а по утру,
когда воздух прозрачен, ясные
холмистые дали и океан делают
город торжественным. На Рио нужно
смотреть сначала издалека, а потом
уже знакомиться с ним близко. Все
столицы и огромные города
контрастны. И у Рио два лица.
Насколько притягивает город
необычной красой издалека,
настолько он отталкивает
неприглядностью социальных бед
вблизи. Город даже самим
ландшафтом разделен на три части.
Капакабана с видом на золотые
пляжи и океан создает у туристов,
при обозрении из автобусов,
видимость рая. Далее от золотых
песков и гранитной головы за
зелеными холмами проживают в
основном люди среднего достатка;
их уже значительно больше чем
счастливчиков Капакабана. А самые
многочисленные районы окраин
заселяет беднота. Окраины мало
популярны у туристов. Впрочем, в
последнее время страшные рассказы
о жизни «на дне» подогревают
циничный интерес туристов и
турфирмы, всегда готовые к услугам,
договариваются с бандитами,
посредством отстегивания
некоторой суммы о сервисе для
любознательных. Такой сервис
нисколько не рискован для туристов:
не станут же бандиты лишать себя
прибыли. Не будем судить строго Рио.
Этот вид туризма в последнее
десятилетие популярен во всем мире;
поезжайте в Кейптаун или Нью-Йорк -
там подобный сервис в классической
форме. Государства никак не
препятствуют такому туризму:
наоборот, они благодарны туризму
за налоги. А на эти налоги якобы
будет организована борьба с
социальными язвами - и так по кругу.
И все довольны. Все же приехав в Рио,
посмотрите на Рио сверху, а днем
погуляйте по Капакабане. Только
помните: не задерживайтесь пешим
ходом допоздна - ограбят; даже
местные жители, привыкшие ко всему,
после восьми вечера прячутся по
домам. Гуляют по вечерам в Рио люда
сомнительной репутации.
...Сан-Пауло менее известен, чем Рио-де-Жанейро,
а между тем это самый крупный город
Бразилии и второй в мире по числу
жителей после Мехико. В нём около 20
миллионов жителей, но местные
всегда утверждают, что давно
набралось 24 миллиона; очевидно они
включают все микрорайоны
конгломерата. Трудно представить
более страшное скопление людей.
Небоскребы «Паулиста» - делового
города, подавляют и страшат
человека. Вечный поток машин,
неумолкающий и по ночам, гнетет
шумом многомиллионный муравейник.
Чтобы несколько разгрузить улицы
от транспорта, полиция вынуждена
была изобрести два типа номеров
для машин: одни ездят по четным
числам, другие по нечетным. Богачи
держат по две машины с номерами
разных типов, чтобы кататься по
городу каждодневно. Небольшое
метро в две линии мало разгружает
город. Асфальт, бетон, стекло и
металл дышат на придавленных
жителей города духотой серого
смога и вечно поднятой пыли. Нам
исключительно повезло с консулом,
благодаря которому мы смогли не
только уладить бюрократические
делишки, но и посмотреть город.
Кроме экскурсий по городу, которую
не просто устроить, мы
повстречались с русскими
эмигрантами в культурном центре «Надежда»,
посетили православную церковь
Святого Лаврентия, сходили в
институт тропиков и увидели
богатый серпентарий, что было
полезно нам для посещения
Пантанала и Амазонии. Институт
тропиков кроме прочей
деятельности вырабатывает
противоядия, которые очень
необходимы в борьбе с ядовитыми
насекомыми и пресмыкающимися: в
Бразилии ежегодно погибает от
укусов змей до 5 тысяч человек.
Вечерами, несмотря на то, что давка
машин не прекращается, город
освобождается от пешеходов: всех
страшит криминал более злостный,
чем в остальных частях Бразилии.
Город бетона, стекла, асфальта и
ползучих машин без людей создает
зловещее впечатление. Очевидно это
город будущего, если человечество
не поумнеет. Люди такого тесного
города тоже выглядят
роботоподобно, в отличие от
жителей провинции.
...В мире не пересчитать крупные
водопады, но есть несравнимые
великаны, поражающие человека
своей неугасаемой энергией:
Виктория в Африке, Ниагара в
Северной Америке, Игуасу в Южной
Америке. Реклама кричит о них в
зависимости от наплыва туристов.
Но, пожалуй, менее всех известен
водопад Игуасу, проходящий на
границе трех стран, удаленный от
городов. Бразилия, Аргентина,
Парагвай — счастливые владельцы
чудо-природы — во имя туризма
догадались отодвинуть паспортный
контроль от водопада и многие
туристы теперь раскошеливаются,
чтобы побывать в один день сразу в
трех странах. Неуемных везут
автобусами и переправляют
пароходами ниже течением. Водопад
Игуасу - величественное,
завораживающее зрелище! Можно
забыть про все на свете и отрешенно
созерцать гигантскую реку,
падающую с восьмидесятиметровой
высоты базальтого уступа. Движение
воды кружит голову, а шум,
оглушающий леса на десятки
километров не позволяет отвлечься
ни на минуту от гипнотического
потока. Здесь человеку открывается
мироздание. В сезон дождей река
полноводней и водопад достигает
трехкилометровой ширины.
Видимость в это время ухудшается
из-за облака, образующегося
брызгами и водяной пылью.
...Амазония своим захватывающим
миром джунглей заслоняет собой
другие уникальные ландшафты Южной
Америки, и может быть поэтому мы
мало знаем о Пантанале. Впадина
Пантанал, величиной с Германию, из
Бразилии уходит в Боливию. Система
рек, болот, озер удивительно богата
животным миром. Пожалуй, даже
зоологу не опознать и половины
живой твари всех размеров: от
микроскопических мошек до
валяющихся огромных крокодилов-кайманов.
Болотистые топи, леса с огромными
термитниками на опушках, саванна
на воде - все кишит дичью,
земноводными, мошкарой. Всю ночь
стоит оглушительный свист, скрежет,
вопли, крики болотной живности.
Ночные страсти предвещает
активность насекомых на закате
солнца.
Невероятно многообразие мошкары
на болотах. Спрятавшись от
тропического солнца днем,
отдохнувшие в богатой листве
насекомые после обеда сразу же
проявляют активность. Жуки, пауки,
стрекозы, тучи комаров-кровососов,
изнуряющие все живое, мельчайшая
мошка способная кусать больнее
комаров, лезущая в глаза, уши,
ноздри, путающаяся в волосах;
порхающие и прыгающие паразиты -
чего только нет на белом свете.
Кроме летающих надоедливых
существ много насекомых ползающих,
прыгающих, выжидающих добычу в
норах, на листьях. Видали ли вы
паука - птицелова величиной с
доброго рябчика: мохнатого,
глазастого, с необыкновенно
шустрыми ногами, прыгающего на два
метра в высоту. На закате солнца
начинается бешенство насекомых.
Как бы злясь на наступление ночи,
на полчаса поднимаются в воздух
тучи москитов. В это время укусы
насекомых особенно яростны. Как не
защищают москитная сетка и мази,
пронырливая мошка и комары,
обязательно умудряются искусать
человека в течении дня. Кроме того,
мази и плотная одежда при жаре и
высокой влажности не так хороши,
как теоретически размышляется.
Трудно одновременно избавится от
одежды, в которой душно и от укусов,
которые лихорадят. Укусы
тропических москитов нестерпимо
долгоиграющие. Почесав укус,
расчесанное место не сразу, но все
же успокаивается. Через два часа
этот же укус вновь разыгрывается
чесоткой; затем снова через
несколько часов возобновляется
действие яда. Организм сильно
утомляется от постоянного
изнурения, и днем, когда мошкары
значительно меньше наступает
сонливость и апатия. Но
расслабляться в незащищенном
месте очень опасно. Повсюду
ядовитые и хищные пресмыкающиеся,
земноводные. Здесь водятся
длинноносый тапир и пекари, у воды
ходят стадами самые крупные в мире
грызуны - водосвинки капибара;
много лягушек, ящериц, змей, в том
числе и огромная пятиметровая
водяная анаконда. На отмели
выбираются черепахи, крокодилы
кайманы, а реки кишат стаями
пираний и другими хищными рыбами,
ядовитыми водяными змеями. Тучи
птиц парят в воздухе или кучами
усаживаются на болоте по берегам
рек: огромные хищные гарпии, грифы,
много пеликанов, аисты ябиру
ростом с человека и невероятно
большим клювом. Снуют повсюду
колибри, попугаи, тангары и
длинноклювые туканы.
В Пантанале возможно движение либо
по единственной дороге, которая
доходит до середины впадины, либо
по рекам на моторных лодках. На
лодках нужно соблюдать
осторожность, чтобы на скорости не
наскочить на крокодила. Лодки
требуют много топлива и поэтому
они дороги, а по автодороге можно
добраться проходящими машинами.
Дорога насыпная и на ней более ста
мостов. Мостики, надо сказать,
шатающиеся и, проезжая первый из
них кажется, что машина
обязательно кувыркнется в болото.
Мы сменили несколько машин и даже
ехали в лодке на прицепе. Вначале
хотелось выйти из машины и
понаблюдать крушение моста со
стороны. Но дорога чудом
продвигалась. Мы удивлялись
бразильской беспечности, которая
нисколько не уступает русскому «авось».
Наступившая вскоре темнота,
позволяла предполагать и нам и
водителю, что мостики стали
надежней, и мы как-то благополучно
доехали до конца пути, где дорога
обрывается на острове, упираясь в
широкую реку.
По простоте нашей русской,
соблазненные плескавшейся крупной
рыбой, мы решили половить рыбки
самодельным бреднем, связав
имевшиеся у нас два гамака. Остров
обитаем. На нем несколько домов
недалеко от берега, крокодилы
очевидно разогнаны, почему бы не
забрести? Но как только мы вошли в
воду рыбаки, стоявшие вдали начали
нам кричать. Мы сразу выскочили и
подошли к рыбакам, тягавшим рыбу
удилищем. Рыбаки показали нам на
наши искусанные комарами тела и
достали из воды «кукан» с
пираньями, ярко демонстрируя, что с
нами могло бы быть. Ветку толщиной
с палец пиранья перекусила, словно
стальными лезвиями. Пираньи
невелики размером, немного больше
ладони, но рыбалка на них одно
удовольствие. Только закидываешь
крючок, где наживкой является
кусочек мяса от самой же пираньи,
сразу же можно тянуть - пираньи
мгновенно накидываются на мясо. На
вкус пиранья карась - карасем,
только массивные челюсти в ухе
смущают. На голове пираньи есть
обозначенная трещина и перед тем
как чистить хищницу нужно ножом
попасть в эту трещину. После этого
прокола пиранья больше не способна
двигаться - она безопасна. Это нам
рассказали рыбаки. Бразильцы -
большие любители рыбалки и в этом
деле им есть где развернуться.
Рыбалка в Бразилии - национальный
вид спорта и нам посчастливилось
ехать с чемпионом (не помню какого
года) по рыбной ловле.
В природе часто наблюдается
гармоничное соседство самых
разных животных, до тех пор, пока
одни из них не захотят обедать.
Подобное же соседство животных
можно наблюдать и с людьми - с теми,
кто привык жить вдали от
цивилизации на природе. Мы видели
несколько забавных сцен такого
соседства. Бригада, наблюдавшая за
состоянием единственной дороги в
Пантанале, день ото дня
перемещается по трассе и
останавливается там, где дороги
или мосты совсем разрушаются,
сооружая для временного
проживания домик из жердей. Домик,
в котором топится печь, или на полу
горит костер, защищает рабочих от
змей и крокодилов, которые
демонстративно гуляют по дороге.
На участке, по которому шли пешком
мы увидели двоих рабочих, которые
стояли на низком мостике. На другой
стороне протоки метрах в пяти
мирно лежали крокодилы, наблюдая
сцену людского омовения. Никто ни
кому не мешает: все живут своей
жизнью. Потом мы узнали, что
дорожные работяги иногда
подкидывают остатки пищи, которые
крокодилы с удовольствием
поглощают. В другом месте мы видели
крокодилов совсем прирученных. На
участке от порта Жофре до
деревушки Поконе есть несколько
кемпингов, где местные жители
подкармливают крокодилов мясом.
Мясо подаётся длинными удилищами.
Эти сцены разжигают интерес
туристов. Крокодилы там гуляют
стадами, на кормежку их зовут как
поросят и они стягиваются на звуки:
Р-рю-р-рю. В сезон дождей движение
по Пантаналу прерывается, а сама
впадина, залитая водой, образует
море с многочисленными островками
и торчащими из воды лесными
опушками.
Порто Вело - столица штата Рондония,
небольшой провинциальный городок
и здесь провинциальные нравы. В
провинции спокойнее, нет столичной
лихорадки и откровенного
криминала. Люди проще, человечней и
более естественны. В Порто Вело мы
провели двое суток: отдохнули от
мошкары, привели себя в порядок, а
вечерами ходили на танцы.
Латиноамериканским танцам нельзя
не нарадоваться, как и
латиноамериканской музыке.
Знаменитый карнавал в Рио потому и
существует, что существуют тысячи
карнавалов во всех странах
Латинской Америки. Вся Латана
танцует с наступлением вечерней
прохлады; причем, чем глубже в
провинцию, тем азартнее,
увлеченнее и раскрепощеннее танцы.
В танцах и музыке душа
латиноамериканских народов.
Именно провинция питает карнавал
Рио-де-Жанейро, а великий карнавал
диктует миру стили в танцах.
В любом месте вдруг заслышится
музыка и между делом смуглянка
начинает пританцовывать, забывая,
что она на работе. Танцы вплетены в
народную жизнь переменными
упражнениями, спасающими от
тропической жары, монотонного
труда, тяжелых дум.
Латиноамериканские танцы и музыка
это радость после труда -
творческое вдохновение, радость в
ритмах тропической природы. Есть,
безусловно, и печаль, выраженная в
музыке, как впрочем, и другие
чувства, но больше всего в
латиноамериканских ритмах радости.
Вечерний городок зазывает
скучающих в вечерние кафе. Но лучше
всего пойти на набережную, В Порто-Вело
пришвартованные пароходики
предоставляют свои палубы
желающим потанцевать. Ветерок по
реке несет живительную прохладу
после жаркого дня и сдувает
комаров. Нам, не танцующим, хочется
посидеть за столиком и
порадоваться общему настроению
отдыхающих. Но не усидеть:
зажигательная музыка, отсутствие
напрочь всякой жеманности у
танцующих, естественность танца
красавицы заставляют подняться и
нас, неуклюжих.
В долгом путешествии мы обгорели
на солнце, заросли бородами,
посмуглели и сходили бы за местных,
если бы не неловкость в танцах. К
тому же, нас всегда выдавал своей
внешностью Иван - высокий
голубоглазый блондин. Надо сказать,
он пользовался особой
популярностью у красавиц. Девушки
наперебой приглашали его. К нам,
как к иностранцам, относились
учтиво, снисходительно прощая нам
не всегда удачную прыть. Мы с
удовольствием танцевали с
кружившими нас девушками, млея от
их искрящихся глаз. На другой вечер
мы вытанцовывали на той же палубе
как завсегдатаи.
Латиноамериканские танцы нам
инородцам без танцмейстера не
усвоить. В каждом ритме свои
довольно сложные движения.
Вообразите вальс, польку, краковяк
даже в самом упрощенном варианте -
это очень самостоятельные танцы,
требующие обучения. Также различны
каждый из латиноамериканских
танцев, соответствующих сотням
виртуозных ритмов. И все танцуют.
Если кто-то из бразильцев не
танцует, значит, он из громадного
города и работает очевидно в бюро.
Только «цивилизейшн» способен
убить естественную природу
латиноамериканца. Никто не обучает
их удивительному искусству; все
учатся друг от друга в самих же
танцах. Танцам учатся также как
работать в поле, как хозяйству, как
удить рыбу или пасти скот. Танец -
естественный навык тропического
континента. Тропический климат и
природа сами по себе богаты
ритмами. Но историческое
переплетение народов Латинской
Америки исключительно удачно
соединило культуры разных частей
света, создав во всей Латине
самобытнейшую в мире музыку и
танцы.
Индейцы до сегодняшнего дня
исполняют танцы своих предков,
собираясь на фестиваль у
священного высокогорного озера
Титикака. К их танцам и музыке уже в
восемнадцатом веке присоединилась
бесшабашная музыка испанцев и
португальцев, заполонивших
далекие континенты. Испанская
музыка, сама по себе вобравшая
арабские, североафриканские и
европейские мелодии, обогатилась
индейской примесью. Но еще более
плодотворное влияние на
латиноамериканскую культуру
оказали африканские ритмы. Африка -
самый музыкальный континент мира,
задавленная работорговлей и
колониализмом, вместе с миллионами
рабов, прибывшими в Латину,
прихватила с собой уникальнейший
музыкальный и ритмический дар,
который раскрылся лишь с
уничтожением плантаторского
рабства. Индейский, испанский и
африканский синтез мелодий,
зажигательных ритмов и
темпераментных танцев создали
замечательный сплав национальной
культуры, которую носит в своей
душе каждый латиноамериканец.
Латинская Америка, несмотря на
расселение по двум материкам,
имеет единую общность народов,
притом, что в ней самый
интернациональный в мире
этнический и культурный состав.
Как сотни языков различных народов
Латины сосуществует с
интернациональным испанским или
близким португальским, так и
многочисленные культуры народов
вливаются в общую культуру
Латинской Америки. Если Вам
симпатична латиноамериканская
музыка и танцы, вам понравиться
путешествие по любой стране этой
необъятной части мира.
В Сан-Пауло мы слышали от
эмигрантов, с которыми встречались,
что ближе к Амазонии проживают
русские староверы. Нам даже дали
телефон одного из старцев,
очевидно, возглавляющего скит. В
городе Куяба мы дозвонились до
нужной нам деревни, но старец,
заподозрив у нас журналистский
интерес, прямо заявил, что никто из
староверов с нами видеться не
хочет. Киржаки-староверы держатся
стороной от всех иноверцев, и мы
оставили попытку встречаться с
русскими, живущими в лесной
глубинке. Однако, долгими дорогами
в автобусах мы познакомились с
одним досужим бразильцем, который
среди прочих рассказов утверждал,
что в городке Умайта живёт
бородатый русский мужик.
Из Порто Вело до Умайты мы ехали на
небольшом автобусике, который
подхватывал по дороге «голосующих»
бразильцев. В автобус вошел
белобрысенький, в канапушках
мальчик лет десяти, сильно
отличавшийся от смуглых
латиноамериканцев. Ефим - участник
нашей экспедиции, большой любитель
хохмить, конечно же, не удержался
от шуток: «Настоящий русский
парень! Кажется, мы вышли на верные
следы русской экспедиции
Лангсдорфа». Я в самом деле
засомневался: «А вдруг паренек
действительно русский». Подхожу к
мальчику и спрашиваю:
- Говорите по-русски?
- Говорю, нажимая на «о» ответил
мальчик. Но ему нужно было уже
выходить. Возвращаясь из школы, он
уже подъезжал к дому.
- Много ли в Умайте русских? -
спрашиваю его я уже на выходе из
автобуса.
- Не шибко много, но есть. Только
живут они далеко от Умайты, - вновь
нажимая на «о» сообщил нам мальчик
и вышел. Автобус отправился, а мы
жалели, что толком ничего не
расспросили. В Умайте мы
переспрашивали всех, но даже
таксисты, каждый из которых видел в
нас клиентов, и настойчиво сажал в
такси, никаких русских не знали.
Вновь подъехавший таксист на наш
вопрос также ответил вопросом: «Григорий?».
Конечно Григорий, решили мы, коль
названо русское имя. Двадцать
километров стоило нам десять
долларов, и мы с рюкзаками стоим у
нескольких добротных домов,
отдельно выстроенных за городом.
Из дома, к которому мы подошли,
вышла женщина в кокошнике и
мальчик в косоворотке. Видя нас
воочию, по внешнему виду мы были
похожи на кого угодно, но в этот раз
в нас не заподозрили журналистов.
Мы никогда и не были журналистами,
а я лишь иногда, ради получения
визы, козырял примерно таким же
удостоверением, каким Остап Бендер
изображал из себя пожарника.
Вскоре подъехал на колесном
тракторе «тятя», то есть Григорий.
Пять многодетных семей, живущих в
раскиданных друг от друга домах,
вышли на нас посмотреть. Мы
попросили у них приюта на том
основании, что мы тоже русские. Нас
приняли душевно и тепло, хотя это
не в правилах староверов,
придерживающихся очень
консервативных, и только им
ведомых порядков. Наверно, мы
выглядели замучено после долгих
дорог, и нам по-человечески помогли.
Староверы не любят журналистской
досужести; их религия и обычаи
закрыты от других людей, но она
милосердна к людям, пришедшим с
миром. Со староверами наша
экспедиция окунулась в другой век:
их одежда, речь, манера держаться
открыли нам старообрядческую Русь,
базирующуюся однако на колёсных
тракторах.
Бежавшие через Китай предки наших
новых знакомых в разные годы XIX
века попали кораблями в Южную
Америку и жили всегда в глубинке,
зарабатывая в поте лица на хлеб,
молясь по своей вере и держась
вдали от сумасшедшего века. Общины
русских староверов раскиданы во
многих странах Латинской Америки и
периодически они общаются между
собой, особенно в последние
десятилетия, когда остро возникла
проблема кровосмешения: по
численности староверов не так уже
и много. Наши знакомые, пять
больших семей проживают в Амазонии
только четыре года. В лесах
Амазонии часты пожары. На один их
выгоревших участков губернатор
штата Амазонии пригласил русских
староверов из Рондонии. Русские
считаются в Бразилии хорошими
хлеборобами. Им выделили пятьсот
гектар земли и леса, также большие
кредиты на трактора и
зернохранилище с мощной сушилкой,
учитывая, что трудно сохранить
зерно во влаге тропического леса.
Дело пошло успешно.
Серапион, в семье которого мы
остановились, предложил нам пищу,
кров, и что больше всего радовало -
душ, избавляющий хотя бы на время
от назойливых москитов. Мы всё же
настояли на ночлеге в своих
палатках, сетки которых защищали
от мошкары лучше, чем просторная
комната добротного дома. В чистом
душе, выложенном белым кафелем,
присосавшись лапками к плиткам,
восседали чёрные худощавые
лягушки величиной с пятак. Я привык
в путешествиях к чудесам. Например,
к мгновенно бегающим во всех домах
по занавескам различным ящерицам,
паукам, шныряющим по всем углам
мышкам и включив душ, спокойно
приступил к помывке. Бегущая из
душа тёплая вода распугала
сидевшую на потолке мошкару.
Чёрная лягушка вдруг сделала
молниеносный прыжок, взлетев на
два метра. Меня она игнорировала, и
чуть было на меня не запрыгнула. Я
не сразу сообразил, что они
бросились охотиться за комарами и
мошками и, надо сказать,
впечатлился их мерзкой атакой.
Жену я на всякий случай
предупредил, - говорят, все женщины
боятся лягушек.
Поужинав, мы расселись на крыльце и
женщины, в основном общаясь с Леной,
моей женой показали нам фотографии:
рассказали о свадьбе, которая бала
недавно. На свадьбу приехали около
ста человек, все из староверов.
Некоторые прибыли даже из Парагвая
и Боливии. Свадьба справляется по
всем правилам старины: девичник у
невесты, прощание с холостяцкой
жизнью у жениха. Выкуп, подарки,
свахи, дружки как полагается,
охраняют невесту. Все в нарядах и в
волнении. На свадьбе пьют брату -
это дозволено в радостные
праздники. Едят только из своей
посуды. Никто, слава богу, не курит.
Уже стемнело, а мы сидели на
крыльце, слушая русские рассказы,
под покровом бразильской ночи.
Мальчонка, побежавший с фонариком
за водой к колонке, вдруг закричал:
«Змея!». Серапион вынес карабин и,
осветив змею, прострелил ей голову.
Нас это шокировало: змея рядом с
домом, да какая змея - жакарака,
одна из ядовитейших змей Амазонии;
змея у колонки, куда босиком бегают
дети нам рассказали тут же, что
однажды змея заползала к ним в дом.
Мы вновь присели на веранду и на
крыльцо, продолжая разговор уже о
живности бескрайней Амазонии. Кто-то
из детей прервав взрослых спросил:
«А кто сюда змею принёс?».
Оказалось, что это другая змея, а не
оставленная нами мёртвая, которая
приползла, очевидно, мстить за
первую. Мы убили вторую жакараку.
Отправившись на ночлег в палатку,
мы, тщательно шаря фонариком,
повстречали лягушку огромной
величины.
- Должно быть, тут и змеи водятся
под стать лягушкам, - успокоил всех
на сон грядущий Ефим.
Как впечатлительна Амазония для
путешествия и как намного труднее
жить в ней постоянно! На другой
день Серапион показал нам
распаханные поля. Вспашку нужно
делать постоянно, иначе поле
зарастёт трёхметровой травой.
Засеянные поля тоже требуют борьбы
с сорняками. Тяжёлый труд не
останавливает староверов, они
упорно, как и в прошлые века, живут
своими правилами, обычаями,
молитвами, хоть и пользуются
электричеством и техникой.
В быту и во внешности староверы
сохранили русскую старину как в
музее. Женщины ходят нарядными как
на народном празднике и в то же
время на них ничего нет броского.
Мужчины бородаты и в косоворотках,
все блондинисты и голубоглазы, как
и их дети. Они не смотрят телевизор,
не живут газетными сплетнями, а по
праздникам поют старинные русские
песни. В нелёгком крестьянском
труде каждодневно участвуют и дети.
О себе и своей религии они не
распространяются. У них много
правил и ограничений, в которые они
нас не посвящают. Однако их нельзя
назвать закрытыми и нелюдимыми,
пожалуй, они не так как мы
тщеславны и в их жизни по нашим
меркам много аскетизма.
Консервативное течение
православия удивительно живучее.
Они - ветвь церковного раскола
средневековой Руси, устояли под
напором патриархов и царей, а позже
и под натиском атеизма. Прячась в
необъятных просторах Сибири до её
освоения, они бежали дальше в Китай,
находя опять же укромные места,
отгораживаясь от суетной жизни
цивилизованного века. Несмотря на
свою малочисленность, география
расселения староверов удивительно
необъятна. Общины староверов в
настоящее время сохранились в
Китае, Австралии, Южной Африке,
почти во всех странах Южной
Америки, во многих европейских
странах, США, Канаде, а также вновь
возникли их общины в России, в
особенности по Сибири.
...Тапажос, Мадейра, Негро - около
восьми притоков Амазонки по
величине такие же, как и Волга. По
всем притокам отправляются
каждодневно небольшие корабли и
пароходы, какие невозможно увидеть
в других частях света. Из Умайты по
реке Рио-Мадейра можно за трое
суток проплыть около тысячи
километров до города Манауса -
столицы штата Амазония. Кораблик
разделён на три этажа. На первом
этаже грузы, которыми
подторговывают судовладельцы.
Второй этаж пассажирский: он
служит защитой от дождя и
одновременно для всех спальным
местом. Вместо кроватей за
специальные кольца привязываются
близко друг к другу гамаки. Гамаки
популярны в Амазонии, их делают из
тонкой сетки; маленьким клубком
они укладываются при
необходимости в сумку. На третьем
этаже просторная палуба, где можно
загорать, любоваться округой, а
вечерами как полагается часами
танцевать. Бразильцы не могут без
танцев. Такое трёхсуточное
плавание с вкусным питанием стоит
около сорока долларов.
...Наша команда по нашим понятиям
устроилась на корабле лучше всех.
Мы поставили палатки на палубе
чуть в стороне от отдыхающих и
танцующих. На корабле милая
публика; у нас ощущение счастья, на
душе спокойно после удачного
маршрута, мы перевариваем
впечатления, загораем на солнце.
Комариные тучи сдувает ветром,
шикарный обзор делает нам
цивильную экскурсию по Амазонии. К
пароходику периодически
подплывают моторные лодки,
предлагая работающему экипажу
дары реки-моря. Мы спускаемся на
нижний этаж поглядеть на диковинах
рыбин, черепах, моллюсков, затем
вновь поднимаемся на палубу, когда
корабль приближается к берегу,
чтобы посмотреть на великан-дерево
может быть в пятнадцать обхватов.
Могучие деревья выделяются тёмной
кроной на фоне пышного амазонского
леса.
В нашей экспедиционной группе пять
человек. Лена, познакомившись с
бразильянкой, постигает искусство
латиноамериканских танцев. Мужики,
заросшие бородами, заняты своими
делами: я, уткнувшись в карты,
соображаю дальнейшие маршруты,
Ефим добросовестно исполняет роль
фотографа, т.е. пристаёт к хорошим
девушкам, Антон набрасывает
карандашом портрет одного из
пассажиров, Иван по обыкновению
читает или обозревает округу.
Нарисованный Антом портрет
привлёк внимание рядом сидящей
публики, и мы, собравшись кучкой,
усевшись по гамакам, ведём беседу,
коверкая английский и
португальский языки. Кораблик
небольшой, народу не много - мы все
знакомы уже друг с другом. На
корабле домашняя атмосфера и мы
сбились в единую компанию. К обеду
прорывается дождь с грозой, сгоняя
всех с палубы, вечером начинаются
танцы. Несмотря на ширь реки,
временами поднимается тьма
насекомых над водой, они пролетают
по верху, иногда их метёт порывами
ветра как снег по палубе, но нам они
не досаждают. Хорошо отдыхать на
корабле и одновременно двигаться к
цели!
Недалеко от Манауса Рио Мадейра
впадает в главное русло Амазонки.
Рио Мадейра несёт мутные с
глинистым илом воды, а верхняя
Амазонка вместе с огромным
притоком Рио Негру медленно
двигают чистые воды, Слияние двух
цветных рек чудесное зрелище.
Десятки километров тянется линия,
разделяющая красноглиняную и
тёмную от глубины чистую воду. По
чистой воде плывут с верховий реки
большие зелёные острова скатанной
тропической растительности.
Долгое время наблюдается с
парохода раздельное течение рек в
едином русле; затем вода
причудливо перемешивается,
образуя пятна, разбросанные
огромными клочками разноцветной
воды. Кораблик напрягается вверх
по течению, и через несколько часов
пребывает в Манаус - надежду и
мечту всех, кто хочет увидеть
Амазонию.
Манаус разочаровывает туристов.
Чудеса Амазонии, самого
гигантского тропического района
земли, собирают любителей дикой
природы в грязном огромном городе.
В Манаусе 800 тысяч жителей. Театры,
храмы, дворцы богачей соседствуют
в нём с нищими постройками вокруг
которых горы мусора. Туристское
паломничество породило навязчивый
сервис, и прибывающих с кораблей
пассажиров, одолевают толпы гидов.
Амазония, хранящая первозданную
природу в своих недрах, по пойме
реки и притокам довольно населена.
Снующие корабли и моторные лодки
связывают по воде многочисленное
население. Турфирмы и частные гиды,
обещающие показать все тайны
джунглей, дерут с доверчивых
туристов солидные суммы и развозят
их по одним и тем же фазендам. С
кислым выражением лица покидают
любознательные Амазонию, увозя
неприязнь к бразильцам и тоску по
потерянным денежкам. Но не следует
путать всех бразильцев с дельцами
турбизнеса. Гиды везде, где туристы.
Они такой же паразитский слой, как,
например, таможенники. Оббирать -
их профессия. Приехав в Манаус не
нужно торопиться продавать себя.
Нужно пожить два-три в городе
оглядеться, побеседовать с гидами
и в турфирмах, а разобравшись в
маршрутах и картах, в порту найти
гида попроще, который не из
профессиональных приставал.
Собственный ориентир при помощи
владельца подводной лодки покажет
Амазонию на много богаче, чем
хватающие за руки гиды.
Посмотреть первозданную Амазонию
можно лишь организовав
специальную экспедицию, на которую
нужно потратить много времени и
денег, кроме всего нужно иметь не
малый опыт тропических походов. Но
всё же и по пойме Амазонки можно
забраться в глухие и удивительные
дебри, удалившись от города на
сотню километров.
Взявши с нас по 30 долларов, Вилсо -
наш новый гид оказал нам
замечательную услугу. На моторной
лодке мы уплыли в скромное
индейское поселение, и там Вилсо
предоставил нам две лодки с
вёслами, на которых мы несколько
дней шныряли по речушкам,
пропадающим в джунглях.
Владимир
Снатенко http://latin.ru
|
